Эміграція
Мы працягваем знаёміць вас з маладымі пісьменнікамі. Гэтым разам прадстаўляем маскоўскага паэта Ронікам— народжанага ў Маскве хлопца за трыццаць, які выпаў з звыклай рэальнасці. Ён жыве ў вагонетцы недзе паміж Тбілісі і Масквой.
***
Обрыв связи неожиданно — да брось. Ты сидел на атараксе, я — на дне. Ветер пагубный, свиданье сорвалось, Ну а всё же — не случиться бы войне.
На бесчувствии пунктиром приговор, Очевидное комками — в ямы ран. Ты обманчиво живое до сих пор, Пару сессий — и отстроят, пусть Иран.
Смех и пламень, пепелищем очаги Вдоль обломков Недотыкомкой без «вдруг». Неслучайно, но с тобой мы не враги, Только к встрече предварительно — испуг.
Страх свободы, страх объятий, просто страх. Не с глаголами сражаться взаперти. Снова «Да» песчинкой вязнет на зубах, Самостийно жизнь — верёвочкой пути.
Не найти под полым небом обновле, Чем так падать — лучше пульсом у крестца. Жизнь дыханием, щепоткою вовне, Каплей стыдного от шалостей сосца.
Кочет рваный песню горя пропоёт, Оньк — так хрюшка… Рядом хнычет персонаж. Беспокойно тянет к бездне самолёт, Хэппи без дна, хэппи в шрамах антураж.
***
Маята, подколенная ломка. Вчера — друг, пригляделся — пакет. Где мигает рассветная кромка, Твоих россказней свежий букет.
По ушам проливаются фразки. Жаль, не слепятся — смазка ушла. То есть помнишь, что было — не сказки, Так саднит и танцует душа.
Сквозь «когда» и со смыслом обеты, Сквозь печали ушедших в дали. Позови меня, небушко, лето, Там с окна в темноту — юных дни.
Силуэт чем-то важной подруги, Звонко горечь со скуки скулит. Разбегаются нервы, что слуги, По местам да по людям под бит.
Это тремор, прелюдия вздоха. Жизнь не поле — прожил, и поют. Маята. А кому-то — эпоха. А кому-то над гробом — салют.
***
Скрыть отсутствие возможности любви, Что-то сделать или выстрелом в окно. Положение вне нормы. Фонари Образуют немой смех, веретено
Выткет нервами по памяти узор. Грусть, а где-то стрекот в ухе — бубенцы. Тройка снегом мчится, с небом разговор: «Вам куда? А где тот путь на Соловцы?»
В то случайное, на улице стоймя, Обознаться, если за руку спросил. Вы не чуете, но помните меня, Для желания не нужно ваших сил.
За возможностью стоит и тлеет твердь, За расфокусом в безволии — слеза. От момента можно жить, не умереть, Только мозг-дурак рисует образа.
Безысходное схождение мощей. То ли в дамки, пресловутостей кивок, Незатейливо — пускай лежит ничей, То ли любо — ну тогда сквозь рот зевок.
Ах, обманчивые шрамы-волдыри, Искажённая реальностью постель. Говорил, что есть и дальше там миры. А пока пойди в стороночку отсель.
***
Разговор. Вразнос междометье. Пламя мерно кивает вдали. Непогодой грозит лихолетье. День начался… уже наебли.
Содержание целого года, Точка входа в замес пустоты, Где пылает на стенках свобода, В бликах жара — о чём-то мечты.
Второгодник упёрся в изнанку: Как пройти этот день до конца? Чтоб за жизнь ухватиться — тарзанку, Потерять лишь кусочек лица.
Боль предательски корчит гримасы. Отражение — тоже итог. Объяснись, сколько съел ты пластмассы, Чтобы жить среди мира мог?
Или голос звучащий — причуда, Понимание взгляды застит. Раз я предал — по роли Иуда, Отчего это сердце скулит?
Что нас учат — даётся наградой, Пеплом падают хлопья обид. Палец нервно стучит за оградой, Извиняется, что не убит.
Неназойливо, смыслом под кожу, Оправдаться — и дальше, в назад. Я живу, пока тело тревожу, А душой прислонился об ад.
Так понятней — привычка контроля. «Полюби» — так учили врачи. Иль враги с того минного поля… Может, сон перепутал? Кричи.
Танцевать на границе у рая — Твоя роль. Где сценарий? В слезах. Подлечи, научи, отторгая. На повторе крушение, взмах.
Непонятки. Кому правда эта? Фразы, шорохи, бег по огню. В ожидании жить то билета, То когда надпись вспыхнет — «люблю».
Октябрь 2025 г.
***
Надо должным во грязных углах — Вскользь ложится, мурлыкает дрянью. Очевидно живёшь, шеришь прах, Песнь любви через кашель пинаю.
Отражённым избытком смолчу, Размешаю, чтоб чётко всё понял. Милый друг, сохраняя харчу, Оглянись — вдруг ты мёртвый, доволен?
Мал-мала по щекам от любви — Прихоть смыслов, в прыщах гной мелькает. Отлупи, откупи, обойми. А сознание маслицем тает.
Осознание, чей ты тут поц, Твоё как бы мелькает, скребётся. Ох, прости, неуместный вопрос: Не про секс или как здесь живётся.
Ведь тебя поимели с ранья, Наложили в головку приколов. Заводской ты сосуд без царя, Понятийный прищур на уколах.
Жаль. Эмоцией нежно укрыт. От «когда» — клятый тремор у стенки. Дождь по язвам линейно сквозит, Проступают моральные венки.
***
Где что-то там вдруг повторно из сна, Без рифм, жаль, страх, но важностью скребётся. А если вслух взойдёт из вен весна — Не прорастёт, скорее расползётся.
Добить бы, шрам от слёз в мозгу свербит. Слюной размажет собственная память. Сомнение — мне родина, мой бит: Нагромождением шучу, умею ранить.
Ты практикуешь неопасный вид Сближений, секса, ласок сквозь мембрану. А где-то там чуть слышно пёс скулит. Мир сыплется в воронку, спазмов ванну.
Из детства, помню, полистай года, Рассказывай, какие в мире боли, Куда теперь из сердца провода? На них не кеды — сохнут в масле роли.
Отъявленные облачка «хочу». Шаг, пропасть, разбежаться или с места. Испуг твой, хочешь — чихом проглочу, Пока не видит строгая невеста.
25.10 – 17.11.25
***
Завтра каплями смерть, перемотка, Фразы ромбом об дни, кровью в пол. Образ в дёснах сложился — иль глотка Позовёт за обеденный стол.
Завтра жизнь пересадит поближе. На слезах настоянный прищур. Миг порвётся бессмысленной жижей Иль осален эмоцией, сюр.
Завтра вторник, рождённый субботой, Поперхнётся буддийским путём. Либо смыслы умножатся рвотой — Промеж снов рефлекторно поём.
Завтра в «было» парит где-то тама, То ли в вечность сквозняк, веет тишь. Обустроенный плотью из спама, Над пространством бесстыжий паришь.
Завтра день превратится в догонку, Чем бы вмазать себя в отзвуке. Языком повязать детства норку. Стынет тело с попыткой в руке.
***
От людей покоя нет, только смех изнанки. У тебя не тот билет на сеанс про танки. Солнце капает с лица, песни да обманы. В тебе столько подлеца, что гудят капканы.
Комариная пора от надежды пОтом Веет. Крики, детвора, высосаны соты. Виться птахой у луча до закатной трели, Грусть — лишь способ жизни чад, как мы всё сумели.
Пересказы липких снов — антураж зимовья, Спотыкнулся о любовь там, у изголовья. Голые, робки шаги по стеклу и снегу, Надевая сапоги, обнулили негу.
Бесы-бесы, как улов, вам по нраву сказы, Кровь ли, сперма ль вдоль углов — вот и все проказы. На повторе карусель, в ритме утекая, Память — ворох скоростей на окне геранью.
Колыбельную в ночи нерождённым детям. Страх, сегодня ты кричи звонко на рассвете. Разбуди, оставь рубец, шрамом боли метку, Чтобы нибудь-когда глупец вспомнил дней конфетку.
Жалко. Плакать. Где слеза? Пуст карман без горя. Хочется всегда — гроза да в ушах шум моря. Ощущения мои — поводырь в крапиве. Кровью пахнут фонари. Слив зажми. И были.
***
Эта надпись кровью на губе О свободе струйкой незаметной. В блеске руки шарят по судьбе, Горечь вдруг становится субъектной.
Оживает, бродит вдоль краёв, Вирусом слоняется по телу. Забытьё, где отчасу улов: Нервов вспышек, перетряс хотелок.
Разговор мелодией менад — Жалобное, стыдное скребками. Что ни миг, то песня о Sodade, Слышишь, тон в предсердии рывками.
План на старость — стонут палачи Прописью, неровными «а может». Совесть батарейно горячит, Комариной похотью тревожит.
Терапия, кровь стоит у глаз. Пульс котейкою у тьмы мяучит. Пустоте отдай, кого не спас. «Аве» над могилой прочтёт случай.
Близкий близкому шептал в дыру, На погоны подарив, что прежде. Улыбнись, коль первым я умру, Да сожги все слёзы о надежде.
***
Сны на жёстком, невозвратные долги. Письма счастья — рой из прошлого, но нет. Это время натирает сапоги И по ранам неспокойным шлёт привет.
Ощущения — а может, позабыл Запах важного под майским ноябрём? Крики сверху или песни из могил — Режь свой корень, здесь Отсутствие, уйдём.
Жизнь скребётся дрожью в лёгком, прям как ты. Вот те ссылка, вот цитата — подбирай. Выйти в вакуум, взять расчёт у нищеты. Жаль, не в «Брате», где вдруг выстрел — и в трамвай.
Обещания на понюшке — извоз, От попыток нам откажут тормоза. Что вчера? Ведь было, может, не всерьёз. Просто, Мама, то не взрывы, а гроза.
День несётся — смыслов рвутся провода, Мы к концовке подошли, где нас не ждали. От эмоций повзрослевших — чехарда. От улыбки станет всем светлей… Едва ли.